Артист Николай Цискаридзе в шоу «Секрет на миллион» рассказал о своей жизни.

Гостем передачи «Секрет на миллион» стал экс-премьер Большого театра Николай Цискаридзе. В беседе с Лерой Кудрявцевой артист затронул тему своей карьеры танцора, семейных отношений и работы ректором Вагановского училища. Так, Цискаридзе рассказал, что сразу видит будут ли его воспитанники большими звездами. Он признался, что иногда приходится бить учеников, чтобы показать, какие именно мышцы надо напрячь и отметил, что его самого, когда он был маленький, били очень больно.

«По ногам, по рукам, по спине. Иногда по башке били. Сильно. Чтобы туда кровь прилила хоть как-то», – рассказал Цискаридзе. Артист отметил при этом, что в большом спорте и балете никогда не бывает «пряника», есть только кнут.

При этом Цискаридзе думает, что студенты Вагановского училища боятся его только на репетициях и назвал сам себя сволочью, отметив, что у него слишком острый язык. «Я никогда не буду ругаться, если что-то не получилось, я просто подойду и спрошу: Ну что, обделался?» – саркастично охарактеризовал сам себя артист. Студенты же, впрочем, за глаза называют Николая Максимовича родным отцом. В студии Леры Кудрявцевой Цискаридзе также признался, что у него никогда не возникает ностальгии и он в определенный момент понял, что он очень циничный человек. Сам он считает, что это к лучшему. «Я, в отличие от своих коллег, не сумасшедший», – категорично высказался Николай Максимович.
 
В момент, когда речь зашла о пороге чувствительности, боли и серьезных травмах, Николай Цискаридзе вспомнил об эпизоде, когда у него порвалась крестообразная связка. Тогда артист восстанавливался целый год, при этом месяц ему пришлось провести в больнице с высокой температурой под сорок. В одной палате с Цискаридзе лежал сын Жерар Депардье, которому по кускам ампутировали ногу, но в итоге юноша так и не выжил. «А я вернулся, мне повезло», – вскользь упомянул о случившемся Николай Максимович, отметив, что у него подряд было 10 операций и он мало что помнит о том периоде, даже несмотря на то, что мог запросто лишиться ноги. Артист также рассказал о случаях, когда он приходил к врачам, а те удивлялись, почему он еще ходит. Цискаридзе же в это время танцевал по четыре акта за вечер.

Затронул Николай Цискаридзе и очень личные темы. Он отметил, что его мать не одобряла его выбор профессии, поскольку в кругу ее общения не было артистов. Сам Цискаридзе пошел в балет потому, что «это было красиво». Артист отметил, что в детстве был настоящим «гадким утенком» по грузинским меркам. Учился он в самой обычной школе, где преподавала его мать (ее артист назвал очень мудрой, но при этом охарактеризовал как «ласковый танк»), и при этом никаких поблажек ему никто не делал. Если он проваливался по учебе, то его наказывали, на несколько месяцев запрещали выходить во двор. При этом артист признался, что его также иногда пороли, но обидно ему не было. «Я знал, что сам в это вляпался», – считает артист.
 
Цискаридзе рассказал, что его мама застала совсем небольшой период его популярности и почти не видела сына на сцене. Но, когда лежа в больнице после инсульта, она рассказала о талантливом наследнике соседкам по палате и показала газету, в которой была напечатана статья о нем, Цискаридзе с ней разругался, потому что ему, 19-летнему парню, было стыдно и неудобно.

Николай Цискаридзе вспомнил, что, когда рухнул Советский Союз, они остались без денег и у его матери на нервной почве случился инсульт, после которого ей пришлось заново учиться говорить и ходить. При этом Николай Цискаридзе до сих пор не знает, от чего умерла его мать. Он не стал выяснять, что случилось, поскольку «ее бы это не воскресило». Возвращаться на родину в Грузию артист тоже не любит, ему просто некомфортно там находится, не к кому ехать.

Рассказал Николай Цискаридзе и про отца. Он отметил, что никогда не разговаривал с ним, поскольку тот рано умер, а мама будущего танцора никогда не заговаривала с сыном на эту тему. При этом артист опроверг информацию о том, что его родитель был скрипачом – Цискаридзе и сам не знает, откуда взялись эти слухи. Николай Максимович признался, что до 18 лет вообще не задумывался о том, что растет без отца, поскольку был очень близок с отчимом, который выполнял все прихоти мальчика. Отчим наотрез отказался уезжать и остался в Грузии, в то время, как Николай вместе с матерью переехали в Москву. Что же касается отца, Цискаридзе рассказал, что когда он всерьез взялся за расследование этого вопроса, то спрашивать о нем в общем-то не было смысла. В итоге один из знакомых, которому мать Цискаридзе все же рассказала правду и попросила передать сыну, когда ее уже не будет в живых, признался артисту, что у его отца была другая семья.

Затронул Цискаридзе и тему приятных воспоминаний. Так, он рассказал, что один из самых больших букетов от получил от Аллы Пугачевой. В итоге в девяностые годы артисту досталась целая охапка лилий, которые пришлось поставить в ведро: в обычную вазу они не влезали. Белую розу Цискаридзе подарила и его коллега Анастасия Волочкова, которая появилась в студии «Секрета на миллион». Звезды давно знакомы и по сей день дружны, хотя пару раз сильно ругались, поскольку расходились во мнениях. Тем не менее, делить им было нечего, и в конечном счете Цискаридзе был единственным, кто вступился за Анастасию в Большом театре, когда ее попытались уводить за то, что балерина набрала вес. К слову, Цискаридзе до сих пор бывает в Большом театре и называет его своим домом, а вот Волочкова, несмотря на бессрочный контракт, не была там уже несколько лет и даже не забрала свою трудовую книжку.

При этом Цискаридзе вспомнил забавный эпизод с другой звездной коллегой. Он рассказал, как однажды обедал в одном из столичных ресторанов, как вдруг в двери на коленях вползла Лолита. Певица и телеведущая таким необычным образом просила Николая Цискаридзе поставить ее на пуанты, что тот в итоге сделал для сольного концерта певицы. В студии «Секрета на миллион» танцор назвал Лолиту умницей, а Анастасия Волочкова отметила, что тоже с удовольствием бы научила звезду некоторым приемам и посадила бы ее на шпагат на втором же занятии.

Что касается родственников, то Николай Цискаридзе признался, что у него не очень много близких по крови людей. В основном речь идет о троюродных братьях и сестрах, с которыми артист общается довольно редко. «Понимаешь, у меня совсем другая жизнь, я вот уехал оттуда…» – пожимая плечами сказал артист Лере Кудрявцевой. При этом он отметил, что родственники никогда ничего у него не просят, а приехать сами в Москву не могут из-за высоких цен и необходимости оформлять визу. На вопрос о том, помогает ли Цискаридзе родственникам, танцор ответил отрицательно, но при этом отметил, что еще в девяностых годах купил в Москве квартиру своей названной сестре Нателле и ее семье. «Я при этом тогда еще сам жил в коммуналке, чтобы ты понимала», – рассмеявшись, заявил Цискаридзе. Сам он объяснил это данным своей няне обещанием – он дал ей слово позаботиться о близких ей людях.

А вот о своей дочери Нине, которую, по словам Леры Кудрявцевой, он скрывал много лет, Цискаридзе поначалу говорил не очень охотно. «У меня их шестьсот», – мгновенно отшутился артист, намекая на своих воспитанников. Через несколько минут выяснилось, что речь идет о крестной дочери Николая Цискаридзе. Девушка появилась в студии, к удивлению танцора. Цискаридзе при этом отметил, что все делал для Нины. Когда девочке было три года, ее родители развелись и с того момента она видела своего крестного отца чаще, чем родного. Николай Максимович оплатил свадьбу крестной дочери и подарил на рождение ее первенца бриллиант. Сам же артист признался, что у него никогда не было планов на семью и детей, поскольку не хочет большей ответственности. «О господи, мало ли, что я говорил», – иронично отреагировал танцор на выдержку из собственного интервью о том, что он задумается о семье после наступления 45 лет. Он и так абсолютно уверен, что в старости найдутся те, кто подаст ему стакан воды.