В 2004 году у певца Александра Медведева, более известного как Шура, обнаружили рак яичка в запущенной стадии. С тех пор он несколько лет боролся за жизнь. 

В 90‑х годах Шура завоевал сердца публики искренней улыбкой, сильным голосом и оригинальным репертуаром. Но в начале 2000‑х годов он исчез из публичного поля зрения. Позже выяснилось, что его молчание было вызвано двумя тяжёлыми проблемами: сначала он пытался победить зависимость от запрещённых веществ, а затем столкнулся с онкологией.  

Рак был диагностирован уже на поздней стадии, когда начали появляться метастазы. Полное выздоровление заняло пять лет: операция, изнурительная химиотерапия и последующее восстановление. В сумме на лечение зависимости и онкологию ушло 15 лет жизни. 

По словам артиста, в душе он ощущает себя 35‑летним. «Химиотерапия отняла большой период моей жизни. И одна очень хорошая девчонка, взрослая уже, баба Валя, ясновидящая… Она сказала: «Сашка, когда лечение закончится, ты отнимешь от своего основного возраста эти 15 лет, которые ушли на восстановление». Ну так и получается…», — делится Александр Медведев.  

Он считает, что зависимость стала «спусковым крючком» для развития онкологии. Несмотря на пережитое, он не держит зла на судьбу. «Человек всегда должен делать выводы. Я благодарен Богу за всё, что было в этой жизни. И онкология была. А была она потому, что употребления много в этой жизни выдалось. Случилось так, что отказала половина детородного органа. Кусочек отрезали, но уже всё вернулось, всё хорошо», — добавил Шура.  

Сегодня артист тщательно следит за здоровьем и не представляет себе жизни без сценической активности. Он признаётся, что вынужденный простой разрушительно влияет на него. 

«Я устаю, когда ничего не происходит. Когда сидишь целую неделю дома, обнимая собаку, общаешься с домработницей, готовишь еду… Я начинаю скучать по работе, ухожу в караоке, пою целый день, приглашаю друзей с утра. Живу работой. Если я нужен, если моё творчество нужно, я иду вперёд. А если пять дней чего‑то нет, у меня начинается истерика. Я увядаю потихоньку», — заключил Александр.  

Самое болезненное для Шуры — то, что он бы хотел изменить в своей жизни 25 лет назад: «не ругаться с мамой». Причин было много, но сейчас у него всё «шикарно».  

Эти годы он чувствовал острую нехватку мамы. «Без мамы 25 лет. Называть кого‑то мамой тяжело. Я называл свою директрису мамой Мариной, и до сих пор её так называют — мама Марина. Это было тяжело», — расчувствовался он.

По материалам «Комсомольская правда»