62-летний народный артист России Александр Домогаров впервые заговорил о смерти Ирины Гуненковой — женщины, которая осталась для него «живым спасательным кругом» даже после развода.

Онкология забрала её в августе 2023-го; с тех пор каждый его день начинается с привычного, но уже бесполезного нажатия на контакт «Ира».

«Популярность, съёмки за границей, деньги — всё это превратилось в пену, в которой я захлебнулся, — говорит актёр. — Крикнул SOS — и знал: первой откликнется она». Ирина вытаскивала его из депрессий, ночью составляла «расклады жизни» и оставалась единственным человеком, которому Домогаров мог позвонить «даже просто пожаловаться на погоду».

Такая «троичность» — Ира, Саша и кто-то третий — убивала все новые романы. «Каждая требовала: «Ты с нами или с ними?» Я отвечал: «С вами, но без них не дышу»». Финал был одинаков у всех: «Ну и живи с ними!» — и дверь хлопала. «Я не мог продать своё прошлое, чтобы купить будущее, — объясняет он. — Если бы кто-то принял правило «Ира и Саша — нерушимо», возможно, рядом бы и осталась». 

Развод, по словам Домогарова, был не разрывом, а сменой формата: «Мы перестали быть мужем и женой, но не перестали быть семьёй. Штамп — это диагноз бумаге, а не нам». Сегодня он уверен: расстаться официально — значит сохранить навсегда, рассказал он Каравану историй.