Известные российские звёзды всё чаще демонстрируют в соцсетях роскошные отпуска за рубежом — Куршевель, Дубай, Мальдивы — и это вызывает резкую критику со стороны актёра Егора Бероева. 48-летний артист, известный по роли в «Турецком гамбите», открыто осудил такую практику, назвав её «свинством».

«Почему люди, которые живут в роскоши, считают, что им можно публиковать фото с горнолыжных курортов, когда в стране происходят серьёзные события? — спросил Бероев в одном из выпусков YouTube-шоу „Историс — Откройте, Давид!“. — Они не просто отдыхают. Они живут в отдельном мире, будто ничего не происходит. Да, они заработали — это их право. Но показывать это публично — это не просто эгоизм, это безответственность. Это стыдно за них».

Актер подчеркнул, что сам с момента начала СВО не посещал ни одну западную страну. «Я не езжу в Куршевель. Это — моя позиция. Я не хочу быть там, не хочу создавать впечатление, будто всё в порядке», — заявил он. По его мнению, публичные фигуры, особенно журналисты и блогеры, несут особую моральную ответственность: их поведение влияет на восприятие реальности миллионами людей. 

Бероев также задал риторический вопрос: «Как обычному россиянину, оказавшемуся в Куршевеле по обстоятельствам, показать свою пророссийскую позицию, если вокруг — витрина роскоши, где все снимают видео с шампанским и снегом, игнорируя реальность?» 

В этот же период Бероев оказался в центре внимания из-за личных перемен: в начале февраля стало известно, что он развелся с супругой Ксенией Алферовой — женщиной, с которой прожил более 20 лет и воспитал дочь Евдокию. Публика была шокирована: пара всегда казалась образцовой. Актер ответил на слухи в своём блоге: «С уважением отношусь к годам, прожитым вместе с Ксенией. Желаю ей добра. Благодарен за всё — и хорошее, и трудное. Прошу прессу не лезть в частную жизнь. Это не ваша история».

Егор Бероев — не просто актёр, но и человек, который стремится жить в соответствии с собственными убеждениями. Его слова — не просто критика, а вызов обществу: когда роскошь становится показухой, а молчание — формой солидарности, выбор каждого знаменитости приобретает политический оттенок.